Премьера спектакля «Когда я боюсь»

Здравствуйте!

Вчера вылетел из Перми и прилетел, с посадкой в Москве, в Калининград. Долетел без каких-либо задержек. Хотя, конечно, в последние дни только и следил за новостями про вулкан и распространение этого чёртого пепельного облака. Все новости и прогнозы были за то, что мне не удастся вовремя и по плану добраться до дома, так как всё европейское окружение Калининграда и даже Киев небо закрыли… Но с Калининградом воздушное сообщение есть, и было вчера и позавчера. Летел и за час сорок не видел не только пепельного облака, но и вообще облаков. Всю дорогу было ясное, кристально чистое небо. Это я не к тому, что это пепельное облако безопасно или плод чьего-то воображения… просто вся эта история с этим вулканом говорит о том, как мы все беспомощны, как мало изучена жизнь и тот мир, в котором мы живём. И как важно быть самостоятельными и не устраивать компанейщины, пусть даже эта компанейшина всеевропейская. Зачем закрывать сообщение с Киевом? Глупо! Так, за компанию? А мои знакомые не могут улететь в Киев.

Я очень волновался, что сократится время моего пребывания дома и придётся долго ждать. Поездом я добраться бы до Калининграда не смог бы, поскольку для поездки в Калининград нужен загранпаспорт, а у меня его с собой не было. Ох и сердился я на эту маленькую, по-сути не в чём невиноватую Исландию. И даже понял, что сержусь на певицу Бьёрк по причине её исландского происхождения (улыбка).

А возле Перми, откуда я вчера улетал, ещё снега в лесах выше полуметра, ещё река Чусовая полностью подо льдом. А у нас здесь уже деревья в зелёной дымке, а на каких-то уже листья распускаются, и алыча уже начинает белеть, и тюльпаны вот-вот распустятся, огромные почки каштанов уже трескаются. И никаких над нами тут пепельных облаков. При этом на карте, которую показывают в новостях, у нас тут жуть и кошмар.

Вчера прилетел, и практически целиком просмотрел церемонию прощания с польским президентом. Торжественно и красиво получилось у поляков проститься с ним… Для меня уже 12 лет поляки — соседи. От подъезда моего дома до польской границы 36 километров. Я много бывал в Польше: бывал по работе со спектаклями, просто проездом, т.к. в Европу мне удобнее лететь через Варшаву, чем через Москву. От моего дома до польского консульства метров сто. И мне в окно всегда виден польский флаг… У меня очень непростое отношение к полякам. Я много сталкивался с вопиющим хамством со стороны их пограничников и таможенников, а также их дорожной полиции, которая с удовольствием берёт взятки. Встречался с бытовым хамством по отношению ко мне, как к русскому, не раз встречался с профессиональным высокомерием со стороны коллег, мне совсем не симпатичны были заявления ушедшего президента в адрес моей страны… Но с каким восхищением и даже завистью я наблюдал за подлинным единением польской нации в эти траурные дни! Я много разговаривал по телефону и менялся СМС-ками с моими польскими друзьями. В основном это были люди, которым совсем не нравился Лех Качиньский, но все мои друзья и коллеги во-первых, искренне и лично принимали мои сочувствия и совершенно искренне горевали. Единение — как это прекрасно! И как это кажется недостижимо в нашей стране… (Особенно сложно представить себе единение у нас, когда столько мерзости, глупости и просто чёрной, дремучей злобы было выплеснуто в интернет в связи с гибелью польского президента.)

А ещё, поскольку для любого калининградца поляки — соседи, я очень рад и в первый раз за долгое время согласен и даже горд тем, как поступило руководство нашей страны в связи с этой бедой. Может быть в первый раз за долгие годы мы как страна поступили сильно. Потому что сострадание и сочувствие — это всегда проявление душевной силы. У польского консульства, недалеко от моего дома, горы цветов. Со всего города и из области люди привозили и привозят цветы. Хорошо.

Знаете, по Екатеринбургу, где современнейшие стройки и удивительной красоты здание отеля «Хайят» запросто соседствуют с какими-то жуткими гаражами и руинами, где подлинные архитектурные памятники уродуют и не ценят… Как много на улицах Екатеринбурга каких-то лотков с китайскими тряпками, которые одеждой назвать нельзя. Кругом процветает уличная торговля пиратскими дисками, пылища… И вот я ехал и вдруг увидел витрину, явно ремонтируемого помещения. В витрине висели буквы, из которых складывалось слово, которое я прочёл как «уживАние»

Я сначала никак не мог понять, что же это может быть такое, и только потом догадался, что это остатки слова «обслуживание».

После этого слово «уживАние» надолго застряло у меня в мозгу. Не «выживание», не «ужимание», а именно «уживАние». Я находил бесчисленное количество смыслов этого слова. В нём есть и «ужиться» и «ужаться»… и много других. Люблю Екатеринбург, Урал… Родину!(странная улыбка)

Ваш Гришковц.

Здравствуйте!

Вчера уже поздно вечером прибыл в Екатеринбург. Мощный, конечно, город! И хоть ещё полно сочащегося грязными ручьями снега и накопившегося за зиму подснежного мусора, и пыль ещё зимняя, не смытая весенними дождями, всё равно город впечатляет. Да и сам размах гастролей в Екатеринбурге тоже говорит о городе многое. Четыре спектакля подряд, все билеты раскуплены давно. Такие гастроли у меня бывают только в Питере. Люблю Екатеринбург.

Сегодня вечером, уже после спектакля соберутся хорошие знакомые, в том числе и любимые коллеги в лице «Чайфа», ребят из «Смысловых галлюцинаций» и ещё другие музыканты. Соберутся они и я почитаю им отрывки из новой книжки. Это уже такая добрая традиция, если есть что показать друзьям и коллегам, то я это с удовольствием делаю в Екатеринбурге.

Сегодня любимый с детства праздник — День Космонавтики. Но по понятным, страшным и вполне внятным причинам, сегодняшний день не будет ощущаться праздничным. Есть ощущение просто волны бед, которая нас накрыла и мы барахтаемся в этих бедах, не успевая разобраться в чувствах, пережить и осмыслить случившееся, как происходит что-то другое не менее, а то и более страшное. Не припомню чтобы так подряд в выпусках новостей была всё время одна и та же повторяющаяся картинка: цветы и свечи, цветы и свечи… Цветы и свечи это красиво, но не тогда, когда они рядом и не тогда, когда они на асфальте или каменном полу станции метро.

Незаметно и тихо в эти наполненные большими трагедиями дни ушёл из жизни музыкант Мальком Макларен. В моей жизни он сыграл очень значительную роль. Если бы не его абсолютно уникальный и гениальный альбом «Париж», если бы не это странное во всех смыслах и ни на что не похожее произведение, то могу с уверенностью сказать, что никакого нашего проекта с группой «Бигуди» не было бы. Его «Париж» дал ориентир, а точнее как бы позволил мне решиться на такую странную авантюру, как начать что-то говорить со сцены вместе с музыкантами. Ехал вчера из Тюмени в Екатеринбург. Ехал долго. Слушал «Париж» Макларена, слушал новый альбом Шаде, смотрел не то чтобы знакомый, а изученный пейзаж за окном, в котором весной больше тоски и усталости, чем осенью. Тосклив наш уральско-сибирский пейзаж весной. Сухая запылённая трава вдоль дороги равномерно замусоренной планеты, тоненькие берёзки, ещё совсем не прибранные после зимы деревья, едкий дым горящей в полях сухой стерни… безрадостный по сути пейзаж. Но вот три недели и всё изменится. И поэтому усталый после зимы бесцветный, ещё не оживший пейзаж, всё равно радует глаз больше и сильнее, чем пейзаж первых октябрьских деньков. Потому что в первых числах октября, когда ещё много золота и ещё незамершей жизни, есть отчётливое знание, что через три недели всё будет совсем другим, а главное, не таким как хочется.

Ваш Гришковец

Здравствуйте!

Только что приехал в Тюмень. Ехали довольно долго. Я хорошо знаю эту дорогу, причём знаю её и видел в разные времена года. Сегодня с погодой сильно повезло. Поэтому тоненькие берёзки, которых вдоль этой дороги полным полно, были совершенно золотыми на закатном солнце, когда мы уже подъезжали к городу. В очередной раз проехал по мосту через речку Цинга. Сколько б я не ездил по этому мосту, не перестаю удивляться… ну как же это можно назвать речку таким словом. Речка-то ничем не плохая. Узенькая такая извилистая речушка. Может быть тот человек, который дал ей такое название страдал зубной болью. Не знаю. Но настроение сильно меняется, когда видишь и читаешь табличку с этим болезненным словом. И пейзаж становится каким-то болезненным. Вот кто-то дал такое название реке и ясно, что на берегах этой реки ничего хорошего быть не может. Невесёлые какие-то деревья по берегам этой реки.

Завтра сыграю спектакль в Тюмени и поеду в Екатеринбург. Собственно никаких серьёзных событий или больших впечатлений в жёстком гастрольном графике случиться не может. В такой разъездной жизни, когда через день проводишь почти всё светлое время суток в автомобиле, а следующий день в гостинице или на сцене, самым важным становятся простые детали. Я уже в какой-то книжке своей писал (улыбка), что меня действительно серьёзно беспокоит тот факт, что смесители и устройство душа крайне несовершенны. Проживая полжизни в гостиницах, я повстречал и изучил самые разные и причудливые системы и модификации душевых кабин, кранов и прочее. Но неужели человечество, которое создало интернет, навигационные системы, айпод и айпад… неужели это человечество не может решить проблему несовершенства душа (про несовершенство души я не говорю). Каким бы дорогим или дешёвым, немецким или японским ни был бы душ и смеситель, одна проблема никак не решается. А проблема такая: вот отстроили вы нужную и комфортную вам температуру воды в кране, переключаете её на душ… сначала из душа как минимум полторы секунды течёт холодная вода и довольно часто к душевой кабине от этой холодной воды некуда деваться. И это огорчает, и я бы даже позволил себе слово «обламывает».

Пока диктовал солнце село за дома. Сейчас, видимо, попью чаю. У меня есть с собой кино, которое я уже видел, но с удовольствием ещё раз пересмотрю — это фильм «На обочине» режиссёра Александра Пэйна . Вот и всё. Завтра спектакль, послезавтра опять бОльшую часть дня проведу в пути.

До скорого.

Ваш Гришковец.

Здравствуйте!

Диктую по телефону из города Уфы. Через два часа выйду на сцену. Прилетел вчера, отскочив от Москвы как камушек от воды, пущенный из Калининграда, и поскакал дальше. В Уфе ещё полно тяжёлого талого снега. И водоёмы ещё подо льдом. Большая у нас страна. Завтра смогу в этом убедиться в полной мере, когда буду ехать по, как утверждают на Урале, второй Швейцарии. Правда вторая Швейцария есть и в Кемеровской области — это Горная Шория. И в Алтайском крае есть несколько швейцарий. В Красноярском крае мне обещали показать Швейцарию… Но с уверенностью могу вам сказать, ни одна из наших швейцарий на настоящую Швейцарию не похожа. Ни капельки! Хуже наши швейцарии или лучше настоящей — я не берусь судить, но не похожи совсем. Как только видишь даже не дом, даже не местных жителей, а просто небольшое стадо местных коров и деревянный телеграфный столб, сразу становится ясно — это не Швейцария.

Выкладываю вам обещанный отрывок моей новой книги. Довольно долго думал какой отрывок опубликовать, но решил, что выложу самое начало, только без предисловия. Обращаю ваше внимание: то, что вы прочитаете ниже, это не пост в жж, с которым имеет смысл спорить, соглашаться или не соглашаться. Это небольшая часть цельного литературного произведения, с которым как с собеседником, то есть со мной, спорить или полемизировать бессмысленно, потому что герой текста повести это герой книги, а не я.

Вот так книга будет выглядеть. Оформление сделал как всегда неподражаемый Серж Савостьянов.

С волнением предъявляю вам первые страницы моей совсем свежей книжки. Очень надеюсь, что она не оттолкнёт вас своей странной темой, а я отдаю себе отчёт в том, что тема странная. Но также я понимаю, что она очень своевременна. Читайте. А я пойду готовиться к спектаклю. Ваш Гришковец.

А…..а.

Я никогда не был в Америке. Мне уже за сорок, я любознательный и активно живущий человек, во всяком случае, мне так кажется. Меня не терзают никакие дремучие предрассудки, которые помешали бы мне интересоваться тем, что происходит за пределами моей Родной страны. Я довольно много путешествовал и продолжаю это делать. Но в Америке, в смысле в Соединённых Штатах Америки, я не был никогда.

Не правда ли, странно, что во всех, а точнее, в большинстве фантастических фильмов и книг, если инопланетяне прилетают на Землю, то они непременно прилетают в Соединённые Штаты. И это не объясняется только тем, что в основном эти фильмы и книги создаются в Америке. А просто представить себе сложно, что инопланетяне прилетят куда-то в другое место. Например, в Китай. Ну что в этом будет интересного?! Инопланетяне прилетели к инопланетянам. Никакого конфликта, никакого удивления друг от друга.

Или как можно вообразить высадку инопланетян в Чехии, Венгрии, Финляндии или хоть в Бельгии? Во-первых, с какой стати? Очень странный выбор! Во-вторых, американцы там тут же окажутся, чтобы всё выяснить. Так что зачем терять инопланетянам время? А они, коль скоро долетели до нас, уж точно не дураки. Так что лучше сразу, не теряя времени, в Америку.

В Латинскую Америку им лететь непонятно зачем. Да и вряд ли там кто-то обратит внимание на их появление. В Африке или в Австралии им делать нечего, так как у них сложится слишком одностороннее и однобокое представление о земной жизни. В Индии им будут рады, но боюсь, что не так, как они хотят. В Японии инопланетянам со своими технологиями будет скучно… К нам им прилетать либо рано, либо уже сильно поздно. На нас это может произвести слишком непредсказуемое и неадекватное впечатление, о последствиях которого лучше не думать. Да к тому же очень трудно решить, где у нас высаживаться. Хакасия или Чукотка – это одно, а пригороды Санкт-Петербурга – это совсем другое. У нас можно сильно просчитаться и угодить куда-нибудь между Улан-Удэ и Читой.

Так что только в Соединённые Штаты!

Я никогда там не был, но, будь я инопланетянином, я бы высадился только там. Существует гипотеза, что инопланетяне бывали на Земле и весьма сильно помогли ацтекам и инкам, а также консультировали египтян. Но тогда ещё не было Соединённых Штатов Америки. Теперь же только туда.

Здравствуйте!

Сейчас ночь, дома тихо, дети спят. На столе стоит блюдо с оставшимися крашеными яйцами. Саша и Наташа проявили чудеса изобретательности. Яйца получилисьудивительной красоты. Одно они даже умудрились полностью обклеить бисером, а к одному приклеили зелёные пёрышки… Саша с утра несколько раз поплакал, потому что он всё выбирал яйца, которые бились, и он пригрывал. Вечером решил взять реванш, и ему опять не повезло. Поплакал и уснул… Во многих соседних дворах сегодня открыли шашлычный сезон. Погода была чудесная. К нам в открытые окна залетали обрывки запахов и хмельные голоса. А сейчас тихо. Ночь. Наш околоток спит. День получился длинный, спокойный и наполненный тихой радостью.

А завтра мне предстоит два перелёта. В Уфу прилечу уже ночью. Послезавтра там спекталкь, потом четыреста с небольшим километров до Челябинска, снова спектакль, потом Тюмень, Екатеринбург, Пермь. Хорошо знаю даже те гостиничные номера, в которых буду жить. Отлично помню даже картины на стенах гостиниц… Будет много-много людей, встреч, переездов… А дальше опять короткая передышка, и снова спектакли, встречи, много-много работы… Потом выйдет книжка. Заранее знаю, что её будет ругать критика. Предвижу поверхностные, язвительные статьи, с ироничным пересказыванием содержания того текста, над которым я долго работал. Будут ехидные названия этих статей, остроумняе по мнению критиков. Я, конечно, буду пытаться относиться к этому спокойно, но всё равно буду переживать. Всё равно какие-то рецензии больно заденут меня… Потом с волнением буду ждать первых читательских откликов… А потом опять гастроли, конец сезона и усталое ожидание летнего отдыха. Опять буду ощущать себя большой черепахой, которая с трудом ползёт по песку к морю, которая из последних сил загребает песок своими ластами, чтобы добраться до воды и поплыть легко и свободно… Заранее знаю, что когда наступят первые дни отдыха, ещё долго в ушах будет стоять шум прошедшего рабочего сезона… Всё это я знаю, знаю заранее.

А сейчас тихо. Закончился праздник, сумка собрана: две праы обуви, трое брюк, семь рубашек, семь маек, четырнадцать пар носков и прочее и прочее. Вот лежит ещё передо мной окончательная редакция новой книжки — это толстая стопка листов с текстом и большим количеством правок. Спать не хочется. Очень хочется подышать домашней тишиной перед двумя неделями шума, перед восьмью спектаклями, перед пятью большими городами, перед сотнями километров уральских дорог. Хорошо прошла Пасха!

Ваш Гришковец.