6 марта

Здравствуйте!

Через час поеду в аэропорт. Вылетаю на день раньше гастрольного графика с тем, чтобы вечером поздравить с днём рождения великого, а главное, любимого Михаила Михайловича Жванецкого. У него сегодня день рождения. Я ему приготовил такой офигенский подарок!… Не скажу какой. Потом, если будет настроение – покажу. Уверен, что ему такой штуки никто никогда не дарил…

Отыграю концерт и спектакли в Москве и полечу на Юг. Навстречу перелётным птицам, которые зачем-то из тепла и неги летят на Север. А меня ждёт город Новороссийск. Никогда не был в нём. Как же меня радует, что на карте страны всё-таки есть ещё города, в которых есть театры, и в которых я ещё не побывал. Никогда не был в Тамбове, в Чебоксарах, Сыктывкаре, Кирове, Ульяновске. Эти города уже есть в планах на весну и осень. С нетерпением, волнением и любопытством жду этих поездок. Мне в апреле предстоит поехать в Осло, где на норвежском языке выходит «Рубашка». Но вот ни капельки не лукавлю, что мне в Чебоксары или Тамбов поехать интереснее и важнее. Я вообще последние несколько лет очень ограничил свои европейские интересы и поездки. Отчего-то чувствую гораздо большую необходимость нахождения на Родине. И суета европейских фестивалей и книжных ярмарок совсем-совсем не волнует и не манит.

Вскоре выходит «Рубашка» на итальянском языке и надо бы поехать на книжную ярмарку в Турин, но в это время можно провести гастроли в Хабаровске, Южно-Сахалинске и Владивостоке. Можете не поверить, но я ни секунды не раздумывал и, как вы понимаете, выбрал родной Дальний Восток.

Каждый раз, когда выезжаю из дома, спускаюсь по лестнице, проговариваю про себя гоголевскую фразу: «…и пошли писать вёрсты».

Вчера в очередной раз закончил отрывками смотреть телевизионный многосерийный фильм «Мёртвые души». В этой картине много хорошего, много глупостей, но об этом уже даже нет смысла говорить, потому что я знаю эту картину со школы. Главное, в ней много наших великих актёров. Но самым потрясающим и персонажем, но, главное, исполнителем является Автор в исполнении совершенно забытого, потерянного, исчезнувшего актёра Александра Трофимова.

Странный, высокий, а точнее, про таких говорят, долговязый, болезненно худой, явно в жизни заикающийся, с дёргающимися нервным тиком глазами, совершенно непостижимого дарования и мощи актёр. В каких фильмах я его помню? Да всего в нескольких: в «Крейцеровой сонате» Швейцера, в его же пушкинских «Маленьких трагедиях», где в «Пире во время чумы» он непостижимым образом сыграл Вальсингама. И роль, по которой его помнят многие, при этом, роль которая ничего не могла сообщить о даровании этого артиста — это роль кардинала Ришелье в очень не любимом мною с детства нашем телефильме «Три мушкетёра»… И вот роль автора в «Мёртвых душах».

Меня в очередной раз и на новом жизненном этапе поразило то, как актёр смог абсолютно присвоить непостижимо-гениальный текст Гоголя. Я такого не видел никогда. Это буквальное присвоение и ощущение проговаривания этого текста впервые, так, как будто он не входит в школьную программу, не написан в XIX веке и  не объявлен великой классикой.

Удивительно! Но видимо так было много хороших, больших, гениальных и великих актёров в то время, что этот совершено ни с кем не  сравнимый и таинственно одарённый актёр просто взял и исчез. Потерялся. Не стал таким актёром, для которого специально пишут сценарии, на которого делают незабываемые спектакли.  Вот такая страна. Как там у Гоголя: «…Дай ответ. Не даёт ответа.»

Всё. Пора ехать. Чашка чаю в дорогу, присесть, перецеловать детей, и пошли писать вёрсты…

Да! Сегодня прощёное воскресенье! Простите меня!

Ваш Гришковец.