26 января.

Здравствуйте! Четыре дня назад приступил к репетициям пьесы «Весы» в МХТ им. Чехова. Больше двенадцати лет я не репетировал с актёрами. А так как мы репетируем сейчас, я не работал никогда в жизни. Как же мне интересно!!! Именно сейчас понимаю, почему большие и даже великие актёры, у которых была прекрасная и насыщенная кинематографическая жизнь, не могли жить без театра. Почему им был необходим театральный процесс и театральная жизнь. Всё-таки театр был и остаётся местом для несуетной работы и содержательного вдумчивого жизненного процесса. Разумеется, в любом театре хватает и халтуры и суеты, проходных спектаклей, а также массы всяких прелестей, свойственных жизни любого большого и сложного коллектива. То есть нервы, дрязги, склоки и интриги. Но также наряду с этим есть совместная работа, взаимопроникновение людей в процессе этой работы, любовь к своей профессии и к своему театру… А ещё есть в театре уборщицы, буфетчицы, завхозы, костюмеры и много других незаметных зрителю людей, с которыми работающий в театре человек встречается каждый день. В кино этого нет. Нет постоянного коллектива, работающего в одних стенах многие годы, а может быть, всю жизнь. Двенадцать лет я работал один. У меня, конечно же, есть небольшой коллектив соратников и сотрудников. И единомышленники есть. Но в процессе создания своих спектаклей и написания книг я был тотально один. Мне никому ничего не нужно было объяснять. И все герои моей литературы говорили и звучали только моим голосом… А теперь я репетирую с актёрами, и написанные на бумаге герои обрели плоть и голос. И знаете… Они заговорили совершенно не так, как я себе это представлял, когда писал. Это удивительно, это азартно и это очень и очень интересно. Когда я писал «Весы», я не думал о том, что буду ставить эту пьесу сам. Писал и даже в процессе усмехался, думая о том какие трудности и сложные для сценического воплощения задачи я придумываю для того человека, который будет ставить спектакль по тому, что я пишу. Теперь мне приходится самому эти задачи решать. И поверьте, я поругиваю и сержусь на автора. Сейчас только первый этап репетиций. Мы читаем пьесу, разбираем её. Потом сделаем существенный перерыв в работе и в конце февраля приступим уже к настоящим, полноценным репетициям. Я отлично знаю, что будет много трудностей, скорее всего возникнут рабочие проблемы, не всё будет получаться и так далее. Предвижу, что мне, как человеку, не привыкшему ходить к определенному времени ежедневно на работу, надоест на эту работу ходить. Но сейчас я счастлив и абсолютно убеждён, что как бы хорошо не работалось в одиночку, как бы одиночество ни было рационально и эффективно устроено… всё равно… одиночество это не нормально. Ваш Гришковец.