21 июня.

Здравствуйте!
Одиннадцать лет не был в городе Тольятти. А вчера играл там спектакль. Не хотел туда ехать, потому что от первых двух выступлений в этом городе остались… скажем так, не самые приятные воспоминания.

Выступал я тогда в ДК Тольятти, потому что другой подходящей площадки и сцены для меня не было. Зал большой. Больше тысячи мест. А было едва половина зала, постоянно звенели телефоны, и происходило беспрерывное хождение. Тольятти — это районный центр Самарской области, и поэтому я посчитал ненужным ездить в этот город, полагая, что все, кто захочет, могут приехать в областной центр. Многие так и делали. В Самару я все эти годы ездил регулярно и чаще чем раз в год. А вот вчера всё-таки сыграл и получил огромное удовольствие. Зал был переполнен. Тот же самый ДК.

Пожалуй, я впервые играл «Шёпот сердца» на такую большую аудиторию. И вчера спектакль прошёл на такой высокой ноте и в таком единении с публикой, что вся страшная усталость от трудного сезона и от его окончания ушли куда-то, забылись, и я исполнял спектакль с той отдачей, на которую можно решиться, только когда ты понимаешь, что зрительный зал настроен на самое внимательное и жадное восприятие. Я просто счастлив вчерашним спектаклем и тем, что в финале происходило в огромном зале тольяттинского ДК. Именно такие спектакли убеждают в том, что всё не зря.

Я не был в Тольятти одиннадцать лет и плохо помню, город каким он был больше десяти лет назад. В этот раз он мне показался довольно чистым, аккуратным, прибранным. Очень, если не сказать слишком, зелёным. Но вот от людей, которые подошли ко мне за автографами и от тех, с кем удалось пообщаться я услышал печальные, если не сказать, отчаянные слова по поводу того, как живёт и как будет жить их город.

Читать далее…

18 июня.

Здравствуйте!
Сегодня мои украинские знакомые, приятели и друзья забросали меня поздравлениями с днём отцов. А у нас мои окружающие даже и не знают о таком празднике. Я тоже про такой день не слыхивал. Может быть именно поэтому и именно сегодня в Киеве провели гей-парад. Трудно сказать. Но, по-моему, весьма символично (это я пошутил).

А позавчера в пятницу впервые опоздал на свой собственный спектакль. Пережил ужасающий стресс и переволновался сильнее некуда. Это случилось в городе Сарове.

Не учли много факторов и специфику города. Хотя ничего не предвещало… Чтобы без риска — выехали из Москвы на поезде в Нижний Новгород. Из Нижнего поехали в Саров на машине. В прошлый раз мы вальяжно проделали этот путь за два часа. Но в этот раз оказалось лето, первый более-менее погожий денёк и пятница. Из Нижнего Новгорода люди валили как будто случилось нашествие марсиан. Дорога оказалась вся перекопанная, короче, ехали четыре часа и весьма нервно. Но, в принципе, вполне спокойно успевали.

Читать далее…

12 июня.

Здравствуйте!
Сегодня праздник. День России. В Москве не солнечная, но очень комфортная погода. Ехал на спектакль, но пришлось выйти из машины и довольно много пройти пешком, потому что все дороги, ведущие к Пушкинской площади перекрыты. Благо выехал я загодя и не спеша прогулялся. Видел много уже уходящих с митинга нарядных приятных людей. Многие шли с флажками. Если бы не гудящие в сером небе вертолёты, то можно было бы подумать, что люди действительно возвращаются с праздника.

На Пушкинской площади видел полно милиции, автобусов, которые эту милицию привезли, какой-то ещё техники. Видел как двух людей вели милиционеры куда-то. Очевидно всё действо уже закончилось. Видел немало съёмочных групп и журналистов с микрофонами, определённо иностранных. Одна журналистка, пожилая и с длинными нечёсаными седыми волосами задала мне два вопроса. Первый — что для меня этот праздник — Я искренне затруднился с ответом. А на вопрос, что делаю я здесь, на Пушкинской площади у меня был вполне ясный ответ — Я иду на работу.

Буквально в двух десятках метров от Пушкинской площади люди гуляют на бульваре, заведения забиты. Лето. Выходной… Вот сейчас писал это и смотрел в окно. Окно гримёрной выходит прямо на Страстной бульвар. По бульвару вальяжно шли люди. Много. И вдруг они сначала ускорили шаг, а потом побежали. Практически все. Я даже подумал: О! Наверное что-то началось! Какая-нибудь полицейская операция или что-то стряслось, чего мне из окна не видно…

А на самом деле вдруг резко припустил дождь, который я сразу не увидел, но вскоре на бульваре стали распускаться зонты и всякая тревога закончилась. Вот такой праздник.

А я вчера начал перечитывать, а на самом деле впервые внимательно читать книжку Ильфа и Петрова «Одноэтажная Америка». . Эта книга написана ровно восемьдесят лет назад. И она является фактически единственной настоящей литературной попыткой открытия Америки. Читаю и понимаю, что только по причине своей литературности и художественности книга не устарела.

Читать далее…

11 июня.

Здравствуйте!
Вчера прилетел из Кишинёва в Москву. Три дня был в Молдавии или в Молдове, это уж как кому больше нравится. У меня получилось так, что я был довольно долго в Америке, потом ненадолго заскочил домой, потом улетел в Кишинёв и прилетел в Москву, в которой давненько не был. Так что между Нью-Йорком и Москвой у меня было немножко дома и Молдовы.

Я впервые оказался в Кишинёве, когда тепло. Это моё пятое посещение Молдавии, и впервые не зимой. В моём сознании укоренилось, что если лететь в Кишинёв, надо потеплее одеваться и попрактичнее обуваться. Потому что будет много снега, льда и будет пронизывающе холодно. А позавчера перед вылетом я впервые с детства ел роскошную черешню прямо с дерева. Ел без всяких ограничений и без мытья перед поеданием.

В Америке я сыграл шесть спектаклей в шести городах. За это время я смирился с тем, что приезжаю в огромный город, а в зале много свободных мест. Кишинёв небольшой город. Но театр оперы и балета столицы Молдовы был на спектакле заполнен. Как же это было радостно! Всё-таки я не приезжал в Кишинёв три с половиной года. За это время так много всего стряслось. Но публика ждала, верила и приняла меня как прежде.

Американские мои гастроли, если их рассматривать с точки зрения практической работы прошли неудачно. Можно сказать провально. Если рассматривать эти гастроли как эксперимент, то этот эксперимент не удался. Да, можно придумывать себе разные оправдания типа: мы не могли больше полутора месяца до начала гастролей вести никакую рекламную деятельность, поскольку не знали, поеду я туда или нет. В визе-то было отказано. Но эти оправдания и самоуспокоение бессмысленны.

Читать далее…

7 июня.

Здравствуйте!
Не было для меня более значительного писателя во всём мире в мои 12 лет, чем Джек Лондон.

У приятелей моих родителей, которые приехали в Кемерово преподавать в том же институте, что и мои мама с папой, была хорошая библиотека. В этой библиотеке ярким синим пятном выделялся тринадцатитомник Джека Лондона. Я прочёл все тома от корки и до корки. Все без исключения. Даже дурацкие романы «Джерри островитянин» и «Майкл, брат Джерри». Я прочитал их, не в силах оторваться от чтения, не имея никакой возможности уйти от очарования Северных рассказов, рассказов про бродяг и рассказов Южных широт, потрясённый в свои двенадцать лет «Зовом предков», «Морским волком», «Белым клыком». Я не без мучения, но всё же, осилил и «Железный поток», и бездарный роман «Маленькая хозяйка большого дома»…

Упоение, с которым я читал, не давало мне возможности хоть как-то критически отнестись к тому, что написал Джек Лондон и к тому, что находилось под обложками синих томов его собрания сочинений. Я не получал большего восторга и не переживал подобного читательского трепета, как неся очередной том домой. Я из школы мчался как можно скорее, чтобы продолжить чтение. Я уроки старался сделать как можно лучше и своевременнее, чтобы иметь возможность читать. Именно Джека Лондона я читал под одеялом с фонариком.

И вот я в Сан-Франциско. После спектакля знакомлюсь с очаровательными людьми, которые давно в Калифорнии живут. На следующий день после спектакля они предлагают показать какие-то интересные места за пределами города. Я, конечно же, с радостью соглашаюсь.

И вот меня везут по мосту Золотые ворота, потом я вижу умопомрачительный вид на Сан-Франциско с другого берега, вижу Тихий океан с другой от Владивостока его стороны. Потом меня везут в рощу красных деревьев, которые являются родственниками секвой и почти такие же огромные. Там я впадаю в оцепенение от того, что никогда в жизни не видел таких огромных деревьев. Африканские баобабы кажутся просто кустарниками по сравнению с этими исполинами. Это какие-то небоскрёбы среди деревьев.

После этого всего мне, абсолютно оглушённому и переполненному впечатлениями, в сущности, всё равно, куда меня повезут и что покажут…

Но мне вдруг говорят, а не хочу ли я побывать и увидеть поместье, дом и могилу Джека Лондона? Я не верю своим ушам. И искренне, удивлённо спрашиваю: «А он что, отсюда?»

Читать далее…