7 июня.

Здравствуйте! Вчера утром летел из Калининграда в Москву, но перед вылетом испытал то, что называется нелюбимым мною иностранным словом «стресс». Дорога в аэропорт в Калининграде для меня как для кого-то дорога на работу или на учебу. Я знаю эту дорогу досконально. Знаю, сколько она займет времени утром, в будни и сколько в выходной, знаю, сколько она займет днём или вечером. Утром в выходной это максимум шестнадцать минут, в будни — максимум двадцать пять. Это, конечно, очень приятно по сравнению со столицей – выходить из дома за полтора часа до вылета. Ехать не торопясь. Мне нравится приезжать не то чтобы впритык, но и не сильно загодя. Жаль конечно, что калининградский аэропорт находится в состоянии бесконечной реконструкции и все время претерпевает какие-то дурацкие метаморфозы. Но мне нравятся те люди, которые работают у нас в аэропорту. Многие меня знают уже много лет как очень регулярного пассажира. В общем, мне нравится все, что связано с дорогой в аэропорт, с тем, как из Калининграда вылетать. Хотя прилетать в Калиниград мне нравится существенно больше. И дорога из аэропорта домой мне тоже нравится больше, чем из дома в аэропорт. Вот так вчера я приехал в аэропорт за час до вылета, дождался своей очереди к стойке регистрации, подал паспорт, как-то поздоровался и пошутил с барышней за стойкой… Пошутил и стал ждать свой посадочный талон. Поставил чемодан на ленту. Однако вскоре я увидел что у барышни лицо стало озадаченным, она минуту напряженно смотрела в экран, а потом сказала, что меня нет в списке пассажиров. Я снова пошутил, сказал мол, может, где-то затерялся. Она еще минуту смотрела в компьютер, а потом снова сказала, что меня категорически нет в списке пассажиров на этот рейс. Также меня нет в списке пассажиров на следующий рейс и на вечерний рейс тоже. Я все равно попытался пошутить, хотя мне было уже не до шуток. Вечером меня в Москве ждала публика. В итоге выяснилось, что мой билет куплен не на шестое июня, а на шестое июля. До вылета самолета оставалось сорок пять минут. Тут мне стало уже вообще не до шуток. По билету на шестое июля я не мог полететь шестого июня. Так мне объяснили. Билет нужно было сдавать или не сдавать… но в любом случае надо было покупать новый. Я помчался в кассу. К кассе стояла и сидела очередь . До вылета оставалось сорок минут. Я взмолился, и очередь очень легко, без раздражения меня пропустила… Разумеется, просто так и по быстрому билет я купить не смог. То ли завис компьютер, то ли случилась обычная компьютерная путаница. То ли система работала не очень. В общем, билет мне выписывали и продавали мучительно долго. Очередь безропотно ждала. Наоборот, люди выражали беспокойство за меня, а время шло. Короче, когда мне выписали билет, до вылета оставалось двадцать четре минуты. По идее никакой билет мне и продать–то были не должны. За такое время до вылета уже никого никуда не пускают. Разве что депутатов. Но для меня оставили барышню и не закрыли регистрацию. Представитель авиакомпании что-то кому-то говорил по рации про меня. Специально за моим чемоданом пришел парень и унес его… и я улетел!!! Улетел нужным рейсом, никуда не опоздал и всем был крайне признателен! Был признателен еще и потому, что воспоминания о Берлинском аэропорте еще очень и очень свежие. А там было все ровно наоборот. Ваш Гришковец.