8 июля. — odnovremenno.com

8 июля.

Здравствуйте!

На острове Корфу в данный момент только-только спал дневной зной, и хоть вечерней прохладой ещё не повеяло, но уже вот-вот повеет. Ещё вовсю кричат цикады, но как-то, сам не пойму, как и почему, по каким признакам, но чувствуется, что они уже устали шуметь и скоро затихнут для того, чтобы перевести дух и восстановить силы. Тонкое предвечернее летнее время на острове.

А корфиоты, с которыми мы были знакомы в прошлом году… В магазине, на рынке, на пляже узнают нас и радуются. Радуются сильнее и больше, чем если бы просто познакомились. Радуются тому, что видят нас снова… А я думаю, что радуются они потому, что мы, вернувшись на остров, подтверждаем их уверенность в том, что они живут в лучшем месте на свете… если вот эти люди (то есть — мы) не нашли и не захотели искать ничего другого, а вернулись.

Перед самым окончанием сезона, уже, можно сказать, во второй половине июня, у меня случились короткие гастроли на Север: в Мурманск и Архангельск. Здорово после Севера отправиться на Юг… Но и на сам Север отправиться в июне здорово! Я прежде ни в Архангельске, ни в Мурманске в июне не бывал. Бывал и там, и там в июле. А в июне весь мой Север ограничивался Санкт-Петербургом. Я старался каждый год захватить хотя бы несколько питерских июньских суток и насладиться белыми ночами. Именно насладиться… однако, в последние годы… много последних лет… этими ночами хочет насладиться слишком большое количество людей. Да ещё два раза совпал с питерским экономическим форумом, когда из Санкт-Петербурга лучше сбежать от количества эскортов, VIP персон и душного пафоса.

К тому же, на белые ночи выпадает масса разнообразных весёлых мероприятий, от которых становится очень невесело.

Короче! Всем, кому хочется во второй половине июня получить особого ощущения от ночей и какого-то путешествия, рекомендую поехать в Мурманск. Впечатления будут сильные. Правда, белых ночей не обещаю. Белые ночи – в Питере. А в Мурманске будут солнечные ночи. Главное, чтобы с погодой повезло. Мне в этом году повезло.

Удивительно, когда яркое солнце даже не коснулось сопок, когда оно жёлтое и лучистое, как днём, а на часах уже серьёзно за полночь, при этом, все магазины и учреждения закрыты, улицы безлюдны, и только редкие автомобили проезжают по городу в ночном ритме движения, но фары их, как и днём работают в режиме габаритов. Интересно идти по совершенно пустой улице и видеть свою отчётливую тень длинной метров пятнадцать.

Что-то есть могучее даже ни в северной природе и ни в особенном небе, а в самом городе Мурманске. Я почувствовал это и в первый свой приезд, но теперь ощутил сильнее.

Сила города, например, проявилась в таком эпизоде… Сидели ночью в заведении и смотрели матч Россия — Южная Корея. Матч, если кто-то ещё это помнит, был ночной. В заведении пришлось наглухо закрыть жалюзи, потому что солнце засвечивало экран, и ни черта не было видно. Хотя смотреть было откровенно не на что. Когда матч закончился, и все стали расходиться, одна посетительница спросила, как мне в Мурманске. Я сказал, что очень нравится, но совершенно запутался во времени суток, и ночью сна ни в одном глазу. Кто-то, услышав это, усмехнулся и сказал, что мне нужно в таком случае приезжать в январе, когда спать можно круглые сутки.

— А когда солнце-то зайдёт? – спросил я присутствующих.

— В августе, — услышал я весёлый ответ. – СлабО вам так жить?

— СлабО, — искренне и не задумываясь ответил я.

Сильный город!

Свозили меня в Североморск. Выбили пропуск и свозили. Побывал на большом сторожевом корабле, пообедал с командиром. К обеду, узнав, что я на борту, подошли несколько офицеров из командования бригады. Все младше меня. Командир так вообще по сравнению со мной – мальчишка. А я всё играю «Как я съел собаку» в матросском звании.

Хорошие мужики. Настоящие.

Спустился в кубрик, посмотрел на матросиков. Совсем мальчишки. Конечно! Один год служить можно. К тому же, Северный флот ходит в море. Некоторые ребята успевают сходить погонять сомалийских пиратов.

Поинтересовался у молодого офицера, каковы у матросов взаимоотношения. Нет ли неуставных. Всё-таки за год невозможно превратиться в старослужащего. Офицер вздохнул и сказал, что даже те, кто пришёл дней на десять раньше, пытаются изображать из себя морских волков.

Пригласил тех, кто меня встречал, и тех, с кем обедал, на спектакль. Офицеры сами прийти не смогли. Но жён своих отправили. Были признательны, даже тронуты… по-хорошему признательны. Умеют правильно выражать чувства морские офицеры.

В Архангельске не был два года. Последний раз побывал в нём по возвращении из Арктической экспедиции. За эти два года в городе успели понастроить много чудовищных сооружений. Домами или зданиями я эти строения назвать не берусь. Новые безобразные торговые центры как будто бы схватили город за горло и душат его. Жалко. У меня какая-то особая теплота к Архангельску. И название его какое-то уж очень хорошее, и Северная Двина там могучая…

А в городе видно как-то всё ни шатко, не валко. Очевидно, руководят городом и застраивают его те люди, которые не любят город, наплевать им в Северную Двину, безразличен им наш Север и история города.

А вот публика в Архангельске прекрасная! Рад, что довёз им спектакль «Прощание с бумагой». Мурманчанам пока не смог его показать. Декорации туда долго и трудно везти. Но довезу.

Местные организаторы опасались, что люди во второй половине июня уже не пойдут в театр. Говорили, мол, северяне с начала лета стараются уехать куда подальше и куда потеплее. Говорили, мол, плохо проходят гастроли летом на Севере. А у меня были аншлаги и в Мурманске, и в Архангельске! (Это я сейчас похвастался).

В Архангельске один зритель, чьего имени я не запомнил, подарил мне две прекрасных книги: «У Архангельского города» Бориса Шергина издания 1985 года и «Поморская сага» — сборник поморской прозы.

Шергина в те самые времена было не достать. Все любили мультфильмы по Шергину, на слуху была фраза : «И пошли они до городу Парижу». А книжек было не достать и почитать Шергина мне удалось уже сильно позже. И связано это чтение у меня с одним из самых прекрасных воспоминаний. Однако, книжки у меня его не было. Теперь есть. И она со мной сейчас на тёплом острове, омываемом с одной стороны Ионическим морем, а с другой стороны Адриатикой.

Особое ощущение именно здесь читать о Северной Двине, Белом море и поморах, про которых тут люди даже и не слыхивали.

Пока писал эту запись, самая громкая цикада, которая несёт службу на оливковом дереве под окном, замолчала. Да и вечерняя прохлада уже почувствовалась и пришла.

Ваш Гришковец.