3 марта. — odnovremenno.com

3 марта.

Здравствуйте!
Сегодня утром вернулся домой из Тбилиси. Прожил три невероятно насыщенных дня. Первого марта сыграли большой, полноценный концерт с Мгзавреби. Концерт шёл чуть больше двух часов и был прекрасен своей атмосферой и радостью.
Концерт начался в 21.30 и всё время до концерта, даже когда репетировали, все без исключения чувствовали напряжение, непонимание и страх… Все постоянно следили за новостями из Крыма и каждый раз, когда заглядывали в интернет или включали радио, с трепетом ждали самых худших вестей… Хотя, куда хуже то!
А я всё время думал: «Вот первое марта, начало весны… И как же хочется-то, чтобы первое марта не вошло в историю, как страшная историческая дата». И ещё все время проговаривал: не хочу, не хочу, не хочу!

Конечно же, все те настроения, которые исходили от моих грузинских друзей и знакомых определённы и ясны – они, разумеется, солидарны с Украиной и совершенно не понимают безумных действий нашего руководства. Это понятно. Им лучше других знакомы такие действия. Однако, по отношению ко мне все вели себя крайне предупредительно и деликатно. Не задавали вопросов, не пытались втянуть в какие-то обсуждения и дискуссии. Общим у нас было: переживания, тревога и страх. И общее же непонимание, зачем и к чему всё это приведёт.

А концерт прошёл прекрасно. То, что Мгзавреби там любят и знают наизусть, это вполне понятно и заслуженно…
Я же очень волновался. Всё-таки, большая часть публики Мгзавреби довольно молодые люди, которые русский язык знают не очень хорошо, а некоторые не знают вовсе. Я как раз волновался за их реакцию. Я же не пою, а говорю. И довольно длинно местами. В этом случае понимание сказанного необходимо. Если бы я пел, как грузины, то даже не понимая можно послушать… Но я петь не умею.

Приняли же меня очень хорошо. Да что там хорошо, прекрасно! Приняли радушно, с благодарностью и надеждой. Думаю, что те страшные, тревожные новости, с которых началось первое марта, только усиливали эти благодарность и надежду.
Проще говоря, волновался я зря.
Меня очень порадовало, что было много людей постарше. Они не сгрудились возле сцены, а стояли чуть поодаль. Но я видел их лица. Они внимательно слушали мои слова. Многие со второй нашей совместной песни достали телефоны и снимали видео.
В этот момент я понял, что мы делаем то, что умеем и можем… А главное, должны. Я вспомнил тех зрителей, которые в разных городах России были на наших концертах. А на этих концертах было много людей, которые ни то, что совсем не понимают грузинский, они даже песню «Сулико» ни разу не слышали, да и грузин воочию никогда не встречали. Думаю, что были и те, кто не видел «Мимино», «Не горюй», а про фильмы Иосилиани, Абуладзе или Параджанова даже не слыхали…
Так вот я убеждён, что те люди, которые были на наших концертах в Москве и Питере, Казани, Нижнем Новгороде и так далее, те, кто пришёл в Тбилиси… Для этих людей уже никогда и никакая пропаганда не будет истиной в последней инстанции.

После концерта было большое застолье. Много пели. С удивлением понял и обнаружил, что я самый взрослый человек за столом. В прежние годы и в прежние приезды обычно было наоборот. Чаще я был самым младшим или одним из младших в застолье. Я всегда удивлялся и радовался тому, что грузины не только все поют, но ещё все знают бесконечное количество песен. Но я боялся, что это уходящая культура, растворяющаяся… а вот позавчера убедился в том, что нет!!! Те люди, которым ещё до тридцати жить да жить, знают те же песни, поют не хуже, петь любят и поют не для меня, не для гостей, поют потому что любят петь, петь умеют и не могут не петь.

Во время этого застолья и песен мне так хотелось, чтобы всё происходящее в Крыму, единогласное принятие решение об использовании войск и прочее и прочее, оказалось бы просто сном. Сном тяжёлым, болезненным, мрачным и продолжительным, но сном. Сном подробным и ужасно реальным, выходя из которого ты некоторое время не можешь поверить, что это был только сон… Но это, чёрт возьми, не сон!

Вылетел сегодня ночью из Тбилиси. Провожали меня Гиги и Лаша. Мы подводили итоги длительной работы, понимая, что сделали хорошую вещь. Ребята говорили о том, как сложна и взыскательна тбилисская публика, что в Тбилиси все считают себя музыкальными критиками, киноведами, театроведами, аналитиками футбола и политологами. Но наше выступление приняли единодушно и хорошо.
Сидели в аэропорту, пили чай, строили планы, обсуждали возможность записи одной-двух новых песен в апреле, выразили единодушное мнение о том, что если мы не сможем найти некую новую концепцию звучания и принцип строения песен, то новый альбом писать нет смысла. И в любом случае с новым альбомом спешить не стоит…
Обсуждали творческие планы, а я всё время думал, как хрупки и беззащитны все наши замыслы перед непонятными, непредсказуемыми решениями, действиями властей, а точнее, одного человека. И всё, что мы напридумывали, может в одночасье быть уничтожено и стёрто действиями одного батальона, одного танка, одного человека с автоматом.

В Минске сидел два часа в аэропорту. Шли утренние новости. Показывали резню в Китае, показывали детские соревнования, говорили о погоде, про Украину не было сказано ни слова.
А сейчас поздний вечер третьего марта. И к вечеру мне понятно, что мои хозяйственно-жизненные планы и расчёты, связанные с покупкой чего-то, связанные с определённым планированием летнего отдыха, связанные с простым, человеческим пониманием и видением того, как будет жить моя семья ближайшее время… Как будет складываться моя работа, заработки… Все эти расчёты уже можно забыть. А пытаться сделать новые расчёты пока дело бессмысленное.
Не хочу! Не хочу! Не хочу…
Не хочу, чтобы моя страна выглядела ещё большим пугалом, чем выглядит. Не хочу ассоциироваться с теми людьми, которые принимали последние решения, и не хочу ассоциироваться с танками, штурмовиками и грузовиками с солдатиками. Не хочу ассоциироваться с безумием.

Ещё вчера вечером гуляли по старому Тбилиси, заходили в разные места, встречали много людей, которые на нашем концерте были. Во многих заведениях звучал джаз в исполнении превосходных музыкантов.
В очень приятном кафе под названием КГБ, причём, на вывеске есть даже серп и молот, играло джазовое трио. Музыканты были такого уровня, что сложно представить таких музыкантов в маленьком кафе, где они играли для двух десятков посетителей… Вдруг пришла компания, в которой был невысокий человек, лет сорока пяти, с футляром, из которого он достал саксофон. Он подготовил инструмент, налил бокал вина и присоединился к играющему трио. Он заиграл так гениально, что я просто не поверил ушам. С ним многие здоровались, ему аплодировали, а он играл, отпивал вино и снова играл. Через некоторое время мне сказали, что это ректор грузинской национальной консерватории…

Когда я там сидел, слушал эту музыку, видел этих людей, которые с одной стороны джаз играли, а с другой стороны гениально его слушали, я испытывал острую надежду, что всё будет хорошо, что здравый смысл возобладает, что жизнь сама окажется мудрее нас всех и как-то выведет… Выведет ни туда, куда нас заводят последние события и безумные решения.
Но вот день заканчивается, разумеется, пол дня я не отрывался от новостей, от телефона… Я смотрел, в основном, наши СМИ, слушал всю эту демагогию и ложь, сказанную со всей убеждённостью, на которую способны только лжецы, и вчерашняя надежда таяла.

Однако, хочу запомнить первое марта вот таким:

Ваш Гришковец.

Автор фотографии Марина Карпий.