«Прощание с бумагой», пресса

У спектакля «Прощание с бумагой» на самом деле не один, а два сюжета — общий и частный. Частный легко вычитывается из названия: Гришковец размышляет о том, как электронные носители информации вытесняют бумажные. Общий же не столь очевиден. Автор говорит о времени, о пустоте и о том, что технический прогресс для каждого отдельного человеческого существа — это приближение к небытию, потому что прогресс приходит со временем. А время это и есть осознание небытия. Поэтому Гришковец начинает рассказ со слов «никогда» и «навсегда» — и они потом откликаются воспоминанием о детском страхе перед чернотой в щели почтового ящика, да и той видимой чернотой, что просматривается в финале за шеренгой синхронно открывшихся за спиной Гришковца дверей. Да и смиренный, молчаливый уход героя в конце спектакля несет в себе что-то большее, чем просто прощание с бумагой.
Подробнее Роман Должанский в «Коммерсанте».

Читать далее…«Прощание с бумагой», пресса

Перед премьерой

Здравствуйте!
Совсем не получается открывать этот дневник. Не получается, потому что не знаю, о чём можно и стоит написать. Главное событие, которым наполнена жизнь — это премьера. Она надвигается, и до неё осталась всего неделя. Семь дней — и нужно будет выйти на сцену… Не припомню, чтобы я так сильно волновался перед предыдущими. Точно так — никогда.

Когда двенадцать лет назад выступал на фестивалях и только иногда на большой сцене, было даже не волнение, а просто страх. Что это был за страх? Чего я боялся? Сейчас трудно понять. Я спрашивал себя тогда неоднократно: чего же я боюсь… Текст знаю, спектакль хорошо подготовлен, техническая сторона спектакля проста и безотказна…

Читать далее…Перед премьерой

«Война и мир»

Здравствуйте!
На прошлой неделе и сегодня, снова посмотрел по телевизору кинополотно Сергея Бондарчука «Война и мир». Сколько раз я видел это кино? Не припомню. Я видел его частями, отдельными сериями, видел его серия за серией, ожидая ежевечернего продолжения. И вот снова просмотрел от начала и до конца практически не отрываясь.

В этот раз я увидел эту картину опять иначе, не как прежде. В этот раз я смотрел её дома, на экране современного телевизора, с хорошим звуком. Фильм явно отцифрован, обработан, очищен. На экране не было мелькающих царапинок и прочих признаков повреждённой киноплёнки. Кино заиграло более яркими и сочными красками. Стало конртастнее и как-то свежее, что-ли. Но не это определило новый мой взгляд и новое, так сказать, прочтение этой картины. Новое понимание и новое восприятие, конечно же определилось моим возрастом, моим теперешним видением и пониманием искусства, и в частности искусства кино, а также свежее осмысление увиденного связано с тем временем и ситуацией, которое переживает Родина, и мы вместе с ней.

Читать далее…«Война и мир»

11 февраля

Здравствуйте!

Вчера закончил окончательную редакцию текста будущего спектакля «Прощание с бумагой». Необходимо теперь от него оторваться, отложить его, не думать о нём и даже на тему этого спектакля не думать… А это очень трудно сделать. Полтора месяца практически круглосуточно жил только этим. Но, благо, надо лететь в Москву… У меня есть сильное ощущение, что закончился какой-то глубоководный поход и предстоит выйти из подводной лодки. Погружение было серьёзное. Можно даже сказать, что отвык от людей.

Читать далее…11 февраля

7 февраля.

Здравствуйте!
В пятницу я закончил работу над текстом нового спектакля, который будет называться «Прощание с бумагой». Я не рассчитывал, что так быстро мне удастся справиться с этой очень непростой и казавшейся в начале работы абсолютно непредсказуемой темой. Я закончил её поздно вечером и даже не поверил тому, что поставил точку.

Читать далее…7 февраля.