11 апреля.

Здравствуйте!
Готовлюсь к спектаклю «Прощание с бумагой». Два часа до выхода на сцену. Вчера играл «Дредноуты», которые не исполнял давно. Вчера и сегодня испытывал значительные трудности. Всегда, когда делаю новый спектакль, он, грубо говоря, вытесняет все остальные из активной памяти. С трудом вспоминал и восстанавливал текст до спектакля и во время. Правда, от этого появлялся чудесный эффект новизны, так что в давно отработанном тексте появлялись неожиданные новшества. Надеюсь, что сегодня всё тоже пройдёт хоть и не просто, но хорошо.

Последние недели три наблюдаю в зрительных залах по всем городам людей, которые практически сразу после начала спектакля начинают засыпать. Таких немного. Но они всегда есть. Вот что значит весна и авитаминоз.

Так трогательно за ними наблюдать. Человек очень хочет смотреть, слушать, он давно купил билет, он ждал (или она), но дремота нападает… У человека слегка вытягивается лицо, мутнеют глаза, и веки предательски опускаются до середины глаз. Потом начинает расслабляться шея, голова падает вбок или на грудь… или назад. Человек вздрагивает, глаза открываются, но веки почти сразу снова начинают опускаться. Человек борется со сном, он хочет слушать, но сон побеждает. Он мучается, находясь и не здесь, и не во сне. .. Когда таких людей в поле моего зрения накапливается три-четыре, я тогда приостанавливаю спектакль и бужу кого-нибудь одного, из тех, кто оказался ко мне ближе всего. В этот момент просыпаются все, и к ним уже больше сон не возвращается. Это я делаю из заботы о зрителях. Обидно за человека, который купил билет, а в результате пропустил пол-спектакля и весь измучился физически. Такое будет наблюдаться весь апрель и до середины мая. Опыт показывает.

Читать далее…11 апреля.

9 апреля.

Здравствуйте!

Что-то совсем мне не пишется в дневник. Событий вокруг да и со мной происходит ничуть не меньше, если не больше, чем в те периоды, когда я активно вёл дневник. Тогда я чувствовал в этом потребность, желание и даже какой-то творческий зуд. Сейчас иначе. Чувствую обязанность, чуть ли не долг что-то написать, а желания нет… Странно. Я не понимаю, почему так. Но это так.

Однако, многие и многие мои приятели, хорошие знакомые и коллеги из разных городов, с которыми мы не часто встречаемся и довольно редко переписываемся-перезваниваемся, стали выражать беспокойство. Когда я писал в дневник почти ежедневно, им было достаточно такой связи. Они знали что происходит со мной, где я, что думаю о том, о сём. Сейчас же они меня потеряли, заволновались и стали писать, звонить. Стали подозревать какие-то неприятности в моей жизни, кризисы, чуть ли не болезни. А мои им ответы, что у меня всё в порядке их не убеждают… Привыкли к дневнику.

Читать далее…9 апреля.

15 июля 2010

Здравствуйте!

Для меня случилось большое личное и профессиональное событие! Моя дочь самостоятельно в первый раз взяла и прочитала мою книгу. Книгу «А…..а». Я никогда не настаивал и даже ни разу не предлагал ей почитать мною написанное. А она не проявляла большого интереса. Она же видела, как я это пишу, как я над этим работаю. Видела мои каракули на листочках, видела, как я их вывожу, когда заходила ко мне в кабинет пожелать спокойной ночи, а потом желала доброго утра, потому что я всё ещё сидел за столом. Потом она видела, как рукописи превращаются в книгу. Все эти книжки, рукописи, стопки распечатанных листов с правками для неё были просто всегда повседневной и довольно скучной моей работой. Думаю, что для неё во всём этом было что-то очень взрослое и для неё отдельное, т.е. некая работа, которая родителей у детей отнимает.

А тут она взяла и прочитала мою новую книгу. Читала подолгу, не отрываясь, улыбалась. Если дочитала до конца, значит, ей понравилось, значит, что-то своё она в этом нашла. Я очень и очень сильно рад! Что и когда она прочтёт следом — не знаю. Подталкивать и рекомендовать не буду.

А первый раз мои спектакли Наташа увидела в пять лет. Она что-то такое на них почувствовала, что к концу одного и другого спектакля сильно рыдала. Рыдала так, что её приходилось успокаивать. Что-то она там своё детское выловила, что-то заставило её горевать. С тех пор я решил что маленьких детей не стоит мучить моими спектаклями (улыбка). Саша пока ещё не видел моих спектаклей.

И ещё мне очень запомнилось, как Наташа в первый раз видела «Дредноуты». Это случилось в 2001 году. Наташе было шесть лет. Я её взял на фестиваль в Словению в город Любляна. Это был очень приятный маленький театральный фестиваль, на котором Наташа видела какие-то танцевальные коллективы, странные театральные постановки, на которых она засыпала. Мы ездили на экскурсию в горы и даже посетили великую пещеру Постойна яма.

Спектакль на том фестивале я играл в очень необычном помещении. Это был точно мой самый красивый спектакль «Дредноуты»( мне кажется, что я об этом уже рассказывал где-то). Спектакль проходил в старом железнодородном депо, из которого сделали железнодорожный музей. Сцену организовали между двумя красивыми паровозами времён первой мировой войны. То есть лучшей декорации даже представить себе невозможно. Единственно, возникла трудность: ни я, ни словенцы, никто не умел делать нужные для спектакля бумажные кораблики. Как-то с детства я не научился их делать, а в Словении, видимо, таких корабликов вообще никто не знает. В общем, мы кому-то звонили, ломали голову, никак не могли решить такую элементарную проблему. И вдруг Наташа попросила листок бумаги, когда поняла, в чём суть беды, и над чем так мучаются взрослые, она взяла листок, и не быстро и ловко, но сложила кривоватый, но столь необходимый кораблик. А потом ещё несколько.

В конце спектакля, когда кораблики загорелись, Наташа снова рыдала. Я так и не смог от неё добиться, плакала ли она из-за того, что ей было жалко результатов своего труда или ей было просто жалко кораблики, или была для этого какая-то другая причина, или всё вместе. В общем, спектакли сознательно и с удовольствием она стала смотреть существенно позже. С такими вещами торопиться нельзя, а то можно на всю жизнь отбить у человека всякое желание ходить в театр или читать книги.

Вот я ждал, когда же она наконец-то прочитает мою книжку… Вот это и случилось! Хорошо, что случилось с совсем свежей книгой. В общем, для меня это большое человеческое, профессиональное и отцовское событие.

Ваш Гришковец.

3 декабря 2009

Здравствуйте!

Спасибо за тёплые и важные по сути слова, которые вы мне написали… Даже те слова, которые говорят о том, что то, что мной было сказано, оказалось понятым очень упрощённо и прямолинейно… Всё равно спасибо. А то, что я это написал, возможно я обращался к самому себе. А вслух высказался для того, чтобы уж наверняка устоять перед соблазнами или не убояться (улыбка).

Любые аргументы по поводу того, что артист зарабатывает, как может, а если может, то должен, я отметаю и плюю на них. Есть примеры другого к этому отношения. Я давно знаю Игоря Золотовицкого. Познакомился с ним десять лет назад. Потом он репетировал и играл у меня в спектакле «Осада». Теперь мы вместе играем спектакль «ПоПо». Я всегда любил и уважал Игоря, но после одного случая я проникся к нему глубоким почтением.

Игорь часто ведёт разные капустники, театральные вечера, профессиональные театральные церемонии. Делает он это потрясающе легко, весело, искромётно и как-то совершенно по-своему неповторимо. И вот как-то мои друзья из города Кемерово, которых я сводил на «Осаду» и они были в восторге от Золотовоцкого, потом они ещё с ним пообщались, были совершенно очарованы… И вот пару лет назад они решили пригласить его провести юбилей их компании в городе Кемерово. Своё предолжение они озвучили мне, чтобы я поговорил с Игорем. Я был уверен в том, что друзья сделают всё достойно и наверняка заплатят весьма щедро. Мне было приятно позвонить Игорю и передать приглашение… К тому же я знал, что у Игоря сложности с ремонтом дачи, что он никак не может поменять какие-то трубы, что не хватает денег. Я знал, что он всё время занят в репертуаре, постоянно занимается своими студентами, а ещё, чтобы хоть как-то заработать, снимается в дурацких сериалах. Однажды он совершенно гениально пересказал суть сериала, в котором снимался. Он сказал, что снимается в очередном говне. Я спросил, о чём этот шедевр, и тут Игорь гениально пересказал кино и суть своей роли: «Понимаешь, я люблю её, она любит Глеба, а я Влад. Всё».

Игорь снимается во многих таких сериалах, ворчит по поводу этого, очень остроумно про это говорит, совершенно не гордится и даже стесняется своих таких работ. Так что, я думал, что существенные деньги от моих друзей ему будут полезны. А он выслушал меня и отказался. Он сказал, что очень мне благодарен, но предложение не примет. Когда я стал его убеждать в том, что мои друзья порядочные люди, он, опять же, выслушал и вновь отказался. Я спросил его, а как же он ведёт все эти капустники и церемонии… Он сказал: «Понимаешь, Женя, я же это веду среди друзей и коллег, мне за это либо ничего не платят, либо платят, как за работу в театре. Я не стану вести корпоратив. Во-первых, не хочу, во-вторых, я это не люблю и переживаю, а в-третьих, я очень люблю свою профессию, горжусь ею и мне за профессию будет стыдно, если я это сделаю. Так что, не вёл и вести не собираюсь». Как я был рад! Мне ещё приятнее стало работать с Игорем……… Ну, на эту тему всё.

А у нас сегодня радостное событие. Сегодня художник Рома Кулешов получил премию ассоциации книгоиздателей за оформление книги «Дредноуты», и с ним вместе такую же премию получил чудесный Пётр Ловыгин за оформление книги «Одновременно», и издательсво «Махаон» тоже получило приемию за эти книги. Ура!!! Это приятно, а главное, полагаю, очень спаведливо. А ещё очень рада Ира Юткина, которая, собственно, эти книги и придумала. Мне радостно это говорить, к тому же, премию получил не я. Ура, ура!!!

А послезавтра!!!!! В пять часов вечера в книжном магазине «Республика» в Лотте-плаза я буду подписывать новую книжку. Стартует продажа, будет автограф-сессия. В прошлом году 4 декабря вышла книга «Год ЖЖизни», в этом году 5 декабря выходит книга «Продолжение ЖЖизни». Это ещё один год жизни моего живого журнала. Книжка получилась увесистей, в ней больше фотографий. А ещё к ней будет приложен DVD диск, на котором впервые можно будет увидеть трейлер к грядущему фильму «Сатисфакция» и ещё кусок большого документального фильма, а лучше сказать, документального сериала, под названием «Без сценария». На диске, который будет приложен к книге, вы сможете увидеть закулисную историю предпремьерных дней спектакля «+1». Те события, которые описаны в книге можно будет ещё увидеть и воочию. Издатели обещали, что книга не будет стоить дороже трёхсот рублей. Они обещали!

В Калининграде такое солнце! Ни ветерка, прохладно и яркое солнце. Но надо лететь в пасмурную Москву… Надолго сейчас покидаю дом.

Ваш Гришковец.

11 июня 2009

Диктую по телефону из Днепропетровска. Сегодня вечером у меня здесь «Дредноуты». Вчера по очень хорошей дороге и очень красивой местности доехал сюда из Харькова. А в Харькове произошло два важных события. Первое: позавчера, после тщательной подготовки и сильнейшего волнения, потрясающе здорово прошёл премьерный для Украины спектакль «+1», повторилось то чудо, которое случилось в Екатеринбурге. А второе… я был в Харькове шестой раз и наконец-то разглядел, почувствовал и полюбил этот город. До того Харьков казался мне холодноватым и при этом неухоженным, большим и при этом очень провинциальным. И вдруг он для меня открылся… Как это случилось? Как всегда такое случается – совершенно неожиданно и, казалось бы, из-за чепухи.

Прилетели мы в Харьков очень поздно на небольшом самолёте с пропеллерами, и поэтому заходили на посадку не как на реактивном, то есть быстро и прямолинейно, а долго кружили возле города, зацепляя крылом его предместья. Я в первый раз увидел Харьков с самолёта, весь в огнях. Огней не сильно много, можно было бы осветить город получше, зато город очень большой. Приземлились, вышли из самолёта, и нас встретила довольно зловещая картина – все наземные службы, все сотрудники авиакомпаний, все таможенники и пограничники, которые встречают самолёт, прилетевший из другого государства, – все без исключения были в белых масках и смотрели на нас очень строго, будто мы прилетели из прокажённой местности. Так Украина борется с чумой XXI века (улыбка). Когда ехали в гостиницу мы обнаружили, что Харьков буквально весь перерыт… А это был первый в нынешнем году по-настоящему знойный летний вечер. Знаете, такие тридцатиградусные сумерки.

На следующий день, перед премьерой, я прогулялся по улице, увидел невероятное количество красивых женщин, одетых в основном в большие солнцезащитные очки и маленькие цветные лоскутки. Потом было очень сильное волнение перед спектаклем, потом сам спектакль, а потом я чувствовал, что никаких сил у меня не осталось, потому что спектакль «+1» действительно труден для исполнения… Так вот, я чувствовал, что сил никаких нет, но я при этом счастлив… Сложилась маленькая компания приятных людей, не было никаких особенных разговоров, было немного вина, первая моя в этом году вкуснейшая окрошка на открытом воздухе, а над головой полная луна и подвижное ночное харьковское небо. Мы сидели долго, в основном помалкивали, а я смотрел-смотрел в это небо и в три часа ночи увидел, как в него пришёл рассвет. В городе было ещё темно, а небо светлело прямо на глазах и шевелилось разными цветами. Было тепло… Потом я пешочком дошёл до гостиницы, упал в постель и моментально уснул.
Проснулся я от очень громкого колокольного звона. Я вспомнил, что рядом с гостиницей католический собор. Молотили они в колокол отчаянно и однообразно. Посмотрел на часы – полдень, а они молотят и молотят. Мне хотелось ещё поспать часика два, была такая возможность. К тому же я всегда тревожусь, если слышу близко церковный колокольный звон: как слышу, что в церкви звонят колокола, всегда думаю, ой, опять какой-то важный праздник пропустил, или что надо бы хоть иногда ходить в церковь, или этот звон напоминает, что не так как-то живу. И вообще он напоминает о том, что надо бы всё делать по-другому, лучше, ответственнее… (улыбка). А тут звон был прямо за окном. И вот я так тревожился, а он вдруг раз – и стих, и возникла удивительная тишина…

Если в маленький прудик или озерцо, которое всё подёрнулось ряской, ну представляете, которое всё покрыто свежей зеленью, – в такое озерцо бросить камушек, он плюхнется, и на поверхности появится маленький кругляшок чистой воды, в котором очень ярко отразится небо, но постепенно-постепенно ряска затянет кружок чистого неба, и снова поверхность озерца будет зелёной. Представляете? Так же случается после того, как замолкает колокольный звон. На некоторое время возникает над городом звенящая тишина, будто машины перестали ездить, птицы – кричать, а деревья шелестеть листьями. Абсолютная непроницаемая тишина. Конечно, и машины, и деревья, и птицы остались на своём месте, но какое-то время после громкого колокольного звона ничего не слышно, будто среди шума возник чистый кружок тишины. А потом, точнее довольно скоро, тишина начинает заполняться городским шумом, голосами птиц и шелестом деревьев: ряска городской жизни затягивает пятнышко тишины. Вот так и случилось со мной при пробуждении в Харькове. Немного тишины за окном – а потом опять городская возня.

Я лежал в гостиничном номере, разбуженный колоколами, слушал шум за окном, глухие шторы были плотно задёрнуты, в углу свистел кондиционер, в номере было довольно прохладно, и мне показалось, что на улице пасмурно, погода испортилась. Ну потому что у меня-то в комнате было темно и прохладно. Я подошёл, раздёрнул шторы и почти сразу распахнул окно. На меня обрушился полуденный зной. Окно моё находилось на самом верхнем этаже, передо мной открылись крыши Харькова, какие-то дальние холмы, кроны уже немного запылённых деревьев, узенькие улицы… Я был самую малость выше всех остальных крыш, то есть строго на той линии, где город заканчивается и начинается его небо. И всё это небо было исчерчено стремительными ласточками. Ласточки чертили небо, будто много-много людей одновременно пытаются заштриховать карандашом один листок бумаги, но только след от карандаша моментально исчезает. Я обрадовался, увидев ласточек, в этом году я их ещё не видел. И так я стоял у окна, и мне открылся Харьков.

Не знаю, что произошло. Я описал цепочку непримечательных обстоятельств, при которых он для меня открылся, но теперь точно знаю, что город стал мне ближе, знаю, что мне в нём будет не так, как раньше, а намного лучше, и с этих пор ощущаю его своим, потому что в нём случилось то, о чём я рассказал.

Скоро пойду готовиться к спектаклю в Днепропетровске, а тем, кто не может в ближайшие дни попасть на мои спектакли, очень рекомендую посмотреть маленькое видео, где мальчик читает стихотворение Роберта Рождественского. Этот мальчик родился немногим раньше меня. Я вчера посмотрел эту запись раз десять и хочу её всем показать. Посмотрите, вас это точно порадует, можете не сомневаться.