27 сентября.

Здравствуйте!
Любой, даже самый неискушённый зритель, не разбирающийся в тонкостях театра и актёрского мастерства, видит и чувствует фальшь. Зритель может не понять пьесы или режиссёрского замысла, может не разобраться и не оценить замысел сценографа, но то, что его обманывают, он почувствует обязательно…

Смотрел встречу президента и губернатора Сахалинской области… видел как бы неожиданное самовыдвижение упомянутого губернатора на пост губернатора Приморского края и понимал, что наблюдаю очень фальшивый спектакль. Я совсем не разбираюсь в тонкостях политики, во властных структурах и во всём, что с этим связано… Но я, как всякий человек, имеющий мало-мальский жизненный опыт, чувствую фальшь и понимаю, когда мне грубо лгут. Грубо – в смысле – не подразумевая, что у меня есть жизненный опыт, здравомыслие и самолюбие.

Я так люблю Приморье, Владивосток… Помимо того, что у меня с этим краем много связано, в нём прошла моя служба, часть моей юности… Ещё я вижу, насколько это интересный, мощный, ни на какой другой не похожий и в высшей степени чувствительный регион. Я всякий раз жду поездки во Владивосток, и всякий раз не хочу из него улетать…

Совсем недавно, буквально на днях, мы все наблюдали за тем, как жители Приморья проявили свою волю и самостоятельность, как не позволили себе диктовать условия, как показали себя гордыми и свободными людьми. Может быть, спесивыми, но свободными… А тут им раз – и подкинули неожиданный сюжет.

Читать далее…27 сентября.

Бухта Средняя.

Здравствуйте!

Всё не отпускает меня Дальневосточное впечатление. С Сахалина прилетел во Владивосток. 11 сентября и на острове, откуда я вылетал, и в столице Приморья было полное ощущение конца июня и начала лета. То есть, солнце было вполне жаркое, но не утомительное, не знойное. Ему хотелось радоваться. Просто в июне ему радуешься, ощущая только начало, а в сентябре радуешься, ценя каждое мгновение уходящего.

Летел из Южно-Сахалинска во Владивосток Боингом сахалинской авиакомпании. Самолёт был забит до отказа. Аэропорты обоих городов наполнены жизнью, и чувствуется, что на Дальнем Востоке внутренние перемещения активны… Вообще, дальневосточный уклад жизни совсем другой. Определённо, у людей есть своё непохожее ни на какое другое ощущение расстояний, времени, географии… Иное, чем у жителей Сибири, Центральной России, а также Урала , Юга и Северо-Запада представление о том, что близко и что далеко. Например, для меня, когда я жил в Сибири или когда я живу в Калининграде, Япония стабильно и одинаково далека…

Забавно, при этом, во Владивостоке меня водили, по мнению владивостокцев, в лучшие заведения японской кухни. Но хорошую японскую еду во Владивостоке делать не умеют. А когда я был в мае во Владике и заказал себе стейк из лосося… в результате я получил стейк из норвежского лосося, который во Владивосток привозят из Москвы. В местном японском ресторане мне сказали то же самое. Вот они, чудеса глобализации! (улыбка) При этом, в магазинах столицы Приморья можно увидеть японские и корейские товары… Товары совершенно разные, предназначение которых мне совершенно не понятно. Далеко находится Владивосток, уж очень он как-то «за холмом». Если говорить о моём ощущении некоего обозримого пространства, то некий «холм», за которым находится «совсем далеко», находится где-то между Красноярском и Иркутском (улыбка). Вот такая гигантская страна, где жители Владивостока получают из Москвы вчерашние новости, а москвичи от владивостокцев завтрашние.

Мне очень и очень повезло с погодой в этот раз. 13 сентября с утра стоял мёртвый штиль, и на быстроходной лодке моих друзей мы небольшой компанией вышли в море. Точнее, мы предприняли двухчасовой переход и оказались в невероятном месте… Я много раз бывал во Владивостоке. Мне много показывали разных уголков, бухт и островов. Меня с радостью и при первой возможности приглашали на какое-нибудь плавсредство и вывозили куда-нибудь. Но в этот раз я пережил неиспытанное ощущение и увидел невиданное. Меня отвезли в заповедную зону в районе бухты Средняя.

Описать те места я не смогу, мне не хватит моих литературных возможностей, да и слов я таких не знаю. К тому же, как описать чудо?

Я нигде не видел такой красоты скалистых берегов. Но среди невысоких скал регулярно расставлены и очень удобно расположены маленькие, укромные пляжи. Бухт тоже хватает. Я думал, что у нас на Балтике самый белый и мелкий песок, так оказывается нет! Там белее и мельче. Вода такой кристальной чистоты, что на отмелях зелень кажется неестественной, как в рекламе. Глядя за борт, даже на пятиметровой глубине хорошо видны морские звёзды. Купание в этих бухтах и в этих водах какое-то особенное. Не понимаю, чем оно особенное, но определённо в нём есть что-то захватывающее. Да, ещё можно взять ласты, маску и какой-нибудь железный инструмент, типа отвёртки, и, ныряя на трёхметровую глубину, наковырять из песка больших ракушек, которые чертовски вкусны и не похожи по вкусу на другие. Так вот, их там полно.

Нет места лучше, чтобы снимать фильмы про пиратов и скрытые сокровища. Красивые, острые скалы торчат из воды, рядом с ними видны боруны над острыми рифами. Скалы, торчащие из воды, и отвесные берега покрыты карликовыми соснами. Эти сосны таких причудливых форм, что мне кажется, что любой японский любитель карликовых деревьев отдал бы за каждую всё своё состояние да и душу в придачу. А этих сосен там… В довершение всего мне показали лежбище морских котиков (точнее, это не морские котики, а какие-то нерпы). К этим животным можно было подплыть совсем близко. Они не уплывали. Они просто при нашем приближении ныряли в воду и даже подплывали к нам ближе, с любопытством рассматривая нас своими огромными, чёрными глазами. Их усатые морды больше всего напомнили мне морду моей собаки. Этакие диковинные плавающие мопсы.

Я видел пещеры, со свисающими с их сводов летучими мышами… Помню, я впал в какое-то тихое изумление. С уверенностью могу сказать, что я перестал думать, перестал восторгаться и даже перестал получать впечатления. Даже если бы у меня был с собой фотоаппарат, я не стал бы пытаться что-нибудь там фотографировать. Не получилось бы. Да и отвлёк бы фотоаппарат, нарушил бы остроту проживания. Помню, я просто превратился в зрение, в слух и дыхание. Только губы у меня что-то прошевеливали безмолвно, прошевеливали одну и ту же беззвучную фразу. Я не сразу понял, что я бормочу себе под нос. А потом прислушался к себе и услышал: «А Бог всё-таки есть, Бог всё-таки есть!»

Как хорошо, что эта частичка планеты давно назначена заповедником. Я рассказывал владивостокцам о том, где побывал, и большинство из них говорили, что никогда там не были и вряд ли побывают. А мне повезло. Да и скалам, пляжам, нерпам и летучим мышам тоже повезло, что к ним добраться сложно, да, к тому же, и практически запрещено. Как бы грустно это не звучало.

После мощи Сахалинской природы, после оглушительной красоты Приморских заповедных берегов наше калининградское Прибалтийское побережье, да и сама Балтика кажутся такими крохотными, тихими, обжитыми, аккуратными, даже домашними. Этакие домашние радости. Здесь всё располагает к неспешному и созерцательному проживанию. Здесь всё совсем другое. А там всё бурлящее, всё яркое, контрастное, даже дикое. В людях там как-то больше свободы, лихости, переходящей в разухабистость, в отличие от уже родных мне калининградцев. Что мне больше нравится, что мне ближе?… Не знаю. Я родился в Сибири, строго посередине.

Ваш Гришковец.

Владивосток.

Здравствуйте!

Десять дней меня ЗДЕСЬ не было. Никакой возможности всё это время сообщить что-то не случилось. Мешала занятость. Но главное — часовые пояса. В то время, когда я мог продиктовать что-то по телефону, Калининград и Москва спали, а когда просыпались, я уже был либо сильно занят вечерним спектаклем, либо вечерней программой кинофестиваля «Меридианы Тихого». Потом уже спал я.

Пережил сильнейшие впечатления. Впечатления очень разные. Самое сильное впечатление связано с Сахалином. Впечатления от восторга, до ужаса… Об этом я хочу написать отдельно. Но главное, что Сахалин теперь связан с совершенно конкретными людьми, лицами, именами… А ещё, после одиннадцати лет существования спектакля «Как я съел собаку» я впервые ощутил столь сильное и почти сюрреалистическое переживание, когда увидел название этого спектакля на афише южно-сахалинского театра. Город, в котором корейцев больше, чем где-либо в нашей стране, ждал этого спектакля во-первых, дольше всех, во-вторых, наверное сильнее всех. Мне говорили, какое недоумение и веселье вызвало появление этой афиши у тех людей, которые знать про меня не знают. И ни в одном городе эпизод про съеденную собаку не вызывал такой бурной реакции. Могу сказать с уверенностью, что такой реакции мой художественный замысел не предполагал (улыбка).

Владивосток, когда я прибыл с Сахалина, встретил роскошной погодой, жарой и водой в море-океане выше двадцати градусов по Цельсию. Побывал в удивительных местах, но об этом тоже отдельно. С фестиваля «Меридианы Тихого» мы привезли приз зрительских симпатий, который получили в результате зрительского голосования. Это для нас большая радость, к тому же, наша картина в конкурсной программе не участвовала, а была просто гостем фестиваля. Общения на фестивале было много. Особенно приятны были два дня общения с Валерием Тодоровским, с которым прежде я не общался. Я ему рассказывал про Владивосток, Дальний восток, про флот… А он никогда в этих краях не был. Он же мне рассказывал про отца, про съёмки, про тех артистов, с которыми ему довелось поработать. Он оказался очень интересным рассказчиком, надеюсь, что он про меня может сказать то же (улыбка).

Всё-таки любят меня во Владивостоке! Это так приятно ощущать. Чувствую, что жители Владивостока уверены, что имеют на меня особые права. Не буду их в этом разубеждать. Очень забавный был эпизод, подтверждающий это… На фестиваль приехал среди почётных гостей знаменитый французский актёр Винсент Перес. То, что он настоящая знаменитость и подлинная звезда, а главное, прекрасный актёр, нет никаких сомнений. К тому же, он оказался очень общительным и весёлым человеком. Вечером мы сидели в кафе небольшой компанией. Говорили о том, о сём, выпивали, мы во Франции обнаружили довольно много общих знакомых по театральному миру… Вдруг подошли девушки с фотоаппаратом, Винсен приподнялся навстречу, привычно и мастерски заулыбался, приготовился фотографироваться… Но вместо этого, девушки сунули ему в руки фотоаппарат и попросили его сфотографировать их со мной. Мы дружно посмеялись этой ситуации, он исполнил роль фотографа, но когда это случилось в третий раз, я увидел, что ему не до смеха (улыбка). Я успокоил его, сказав, что это объясняется только тем, что я служил на Русском острове.

Вчера в четырнадцать сорок пять по владивостокскому времени вылетел из Приморья в Москву, а в двадцать три пятьдесят уже по калининградскому времени приземлился в самом западном аэропорту нашей страны, т.е. в Храброво. Сейчас надо снова войти в местное время. Потрачу на это всё сегодняшнее воскресенье. За то время, пока я переживал новые впечатления и летал туда-сюда, у Маши вылезло два верхних зуба. Нижние появились ещё два месяца назад. А теперь два верхних. То есть, меня не было всего двенадцать дней, а зубов за это время стало в два раза больше. И что важнее — увидеть целый, огромный остров Сахалин или появление маленького зуба — я не знаю. (Улыбка)

Ваш Гришковец.

25 мая 2010

Здравствуйте!

Вчера прилетел из Владивостока в Москву и, стало быть, мои сутки были вчера не двадцать четыре часа, а тридцать три. Улетал под дождик и было ощущение, что мы с Владивостоком всплакнули. Грустное было расставание… хотя меня никто не провожал.

Был свидетелем, точнее наблюдал забавную сцену. Если бы мне кто-то такое рассказал, я вряд ли бы поверил. А вам её перескажу я, так что дело ваше — верить или нет. Сначала я очень повеселился по поводу увиденного и услышанного, а потом стало мне не до смеха…

Выбрались мы с приятелями во Владивостоке к морю. Выбрались ненадолго, погода была так себе, да и со временем была напряжёнка. Просто хотелось недолго побыть у моря. Сидели в традиционном для пикников месте, чего-то закусывали, выпили немного вина… А рядом с нами расположилась очень весёлая компания. Компания состояла из нескольких семей, явно давно друг с другом знакомых. Детей в этой компании было много и разных возрастов. Взрослые, в отличии от нас, выпивали и закусывали серьёзно. Детьми никто не занимался, они устраивали свои игры и возню. Но потом от компании взрослых к ним отделился один… я бы его назвал этакий весёлый дядька, хотя я не думаю, что он старше меня. Знаете, в любой большой компании найдётся такой весёлый дядька, который выпьет положенную знакомую ему дозу и идёт возиться с детьми. Это любимые детьми люди. Наверняка у всех есть такие знакомые.

Игры этого дядьки с детьми происходили от нас недалеко и я стал за ними наблюдать, прежде всего по той причине, что услышал то, что этот дядька говорит. Сначала дети нависли на него все, повалили, пытались его щекотать, связывать и тому подобное. А он, аккуратно от них отбиваясь, кричал: «срочно требую адвоката!», «Вызовите ко мне моего адвоката!»… «Ах вот вы как?! Тогда мы к вам пришлём рейдеров! Я вас предупреждаю, у нас есть сильные связи в прокуратуре»… что-то ещё он такое выкрикивал, дети визжали и хохотали, дядьке было весело, я слушал и тоже смеялся. Потом меня отвлекли и когдя я снова вернулся к наблюдению, игра полностью изменилась. Детский любимец из пластмассовых ложечек сделал себе торчащие изо рта клыки, дети с визгом бегали от него, а он ходил за ними походкой Вия из нашего старого фильма. Дети бросали в него чем-то, стреляли из детского лука, верещали, а он громко каким-то совершенно утробным голосом говорил: «Всё бесполе-е-е-зно! Мы вампиры, мы бессме-е-ертны! Нет вам спасе-е-ения! Вступайте в Единую Россию! Это ваш единственный шанс!» Я очень смеялся, дети были в восторге… а потом мне стало не до смеха.

В прошедшую субботу давал первые автографы на своей новой книге. Людей пришло в магазин очень много и всем книжек не хватило. Но я очень хотел, чтобы полноценная жизнь новой книги началась с Владивостока. А собственно, откуда ещё начинать. Владивосток был самой дальней точкой в этом сезоне. Там в этом сезоне закончилось путешествие спектакля «+1». А собственно, где ещё заканчивать (улыбка).

Вскоре поеду подписывать книжки в книжный мир «Москва», а потом… А потом буду ждать ваших откликов. Уже несколько месяцев назад купил себе майку, но до сегодняшнего дня её не надевал. Ждал события. Автограф-сессия в «Москве» — это как раз то событие. Эту майку как будто специально сделали для меня и для этого… события.

Ваш Гришковец.

21 мая 2010

Здравствуйте!

Коротенькое вам сообщение из Владивостока. Представьте себе, как мои друзья встретили меня во Владивостоке: после дикой тряски и страха во время перелёта из Хабаровска я зашёл в здание аэропорта и меня встречали две чернокожих барышни, как выяснилось из страны Гана, с хлебом-солью и, когда мои друзья увидели меня, махнули барышням рукой и те запели со своим неподражаемым акцентом «К нам приехал, к нам приехал…». После жуткой турбулентности это выглядело как галюцинация. Всё-таки такое зрелище ожидать во Владивостоке было трудно.

А перед тем как я уезжал из Хабаровска мой развесёлый товарищ Саша Ким, с которым мы в недавней беседе анализировали разные воспоминания… в частности, мы пытались вспомнить первый увиденный нами комикс и я вспомнил, что это был опубликованный в журнале «Мурзилка» комикс «12 агентов Ябеды-Корябеды», точнее я сказал, что их было десять, а Саша уточнил, что их было двенадцать, после чего мы обнялись. А Саша даже через день вспомнил и восстановил имена всех двенадцати агентов. Это был потрясающий комикс, каждого следующего журнала мы ждали просто как чуда. Те, кому приблизительно столько же лет сколько и мне, должны его помнить. Это было воистину культовое произведение. Так вот, когда Саша меня провожал он мне подарил майку, которую увидел в магазине и посчитал, что на этой майке я.

Сегодня во Владивостоке дивная погода. после туманов Русский остров и Золотой Рог производят фантастическое впечатление. Но как человек любящий Владивосток я порекомендовал бы тем, кто хочет Владивосток хочет посетить в первый раз, ближайшие два года город не посещать, чтобы не испортить впечатление об этом замечательном городе. К 2012 году, то есть к саммиту, он, наверное, приобретёт красоту, но сейчас город выглядит как декорация к фильму о последствиях катастроф. Дорог нет, везде идущие или замороженные стройки, демонтируют трамвайные рельсы, дикие пробки, немногочисленные весьма скромные гостиницы забиты битком. Тротуары во многих местах убраны и вместо них какие-то доски… ощущение неразберихи и пыльной каши. От этого можно раз и навсегда испортить себе впечатление об этом действительно очень живом энергичном и тёплом городе. А какая здесь публика!!!

Пока.

Ваш Гришковец